Танатологические мотивы в романах русских символистов



страница35/64
Дата18.07.2018
Размер4.27 Mb.
ТипДиссертация
1   ...   31   32   33   34   35   36   37   38   ...   64
II ночью и днем воспеваю псалом [79, с. 406].
Несколько пунктов плана финальной части романа развернутся в повествование о преследовании инквизицией Ренаты, ставшей монахиней, но не прекратившей занятия ведовством, и смерти героини в тюрьме на руках у пытавшегося ее спасти Рупрехта:

«21. В монастыре. Нечистая сила.

22. Заклинание дьявола. Арест.

23. Допрос. Пытка. Приговор суда.

24. Тюрьма. Смерть»

В последней главе, как и планировалось изначально («25. Смерть Агриппы»), герой получает известие о таинственной смерти Агриппы, поставившей точку в его попытках познать оккультные науки. Недолгое, но оставившее глубокий след знакомство Рупрехта с тайнами средневековых алхимиков и магов завершилось прощанием с отошедшими в мир иной Ренатой и Агриппой Неттесгеймским. Герой отправляется в заморские края открывать новые земли, навсегда прощаясь с родиной, так и не встретившись с родными. Подробности его путешествия читателю не сообщаются, но Брюсов упоминает, что Рупрехт встретит свою смерть на чужбине. Таким образом, танатологические мотивы выполняют финалообразующую функцию в романе «Огненный ангел».

Обратимся к одному важному эпизоду, описанному в пятой главе романа и посвященному опыту оперативной магии, проведенному героями с целью вернуть Ренате любовь графа Генриха – земного воплощения ангела Мадиэля.

Сюжет «Огненного ангела» выстроен вокруг истории Ренаты, все помыслы которой направлены на преодоление границы между реальным и потусторонним мирами. Невзирая на тяжелейшие физические и душевные страдания, причиняемые не только себе, но и страстно влюбленному в нее Рупрехту, героиня стремится выйти за пределы материального мира, чтобы встретиться с покинувшим ее ангелом Мадиэлем, который был духовным наставником Ренаты на протяжении нескольких лет ее мистического пути. Постоянное стремление Ренаты к общению с инфернальными существами выводит ее и Рупрехта за рамки обыденной реальности, приобщая главных героев «Огненного ангела» к сфере сверхъестественного.

Потусторонние силы, как ангельские, так и демонические, несут в себе смертельную опасность для мира живых. Установление с ними контакта, считавшееся возможным и даже необходимым еще со времен мифологического этапа истории человечества, было организовано с помощью сложной системы обрядов и ритуалов, чтобы участники могли защитить себя от вредного воздействия со стороны мира мертвых, и происходило в особым образом оформленном пространстве и в специально отведенное время.

Двум мирам романа присущи свои собственные характерные черты, которые определяют отличие хронотопа земного бытия от пространственно-временного континуума сверхъестественного мира. Брюсов помещает главных героев – Рупрехта и Ренату – на подвижной и зыбкой границе двух миров. Рупрехт не всегда уверен, в каком мире он пребывает. Он, по мнению ученого, «герой пограничной ситуации, которому ведомы оба мира, и оба для него одинаково реальны» [26, с. 102].

В таком положении Рупрехт оказывается благодаря встрече с Ренатой, чьей душой, по его мнению, овладели демоны. Увидев героиню впервые, Рупрехт застал ее в момент ужасной борьбы с терзавшими ее невидимыми духами, находящуюся на грани жизни и смерти: «словно в предсмертном борении» бьется Рената в жестоких судорогах, лишь молитва невольного свидетеля ее мучений помогает героине в конце концов справиться с припадком [79, с. 18].

Для того чтобы повелевать демонами и вернуть Генриха, в котором Рената видит черты покинувшего ее ранее ангела Мадиэля, героиня уговаривает Рупрехта совершить специальный магический ритуал, требующий особой организации времени и пространства. После проведения довольно длительного времени в изучении древних трактатов, герои, наконец, приступают к его исполнению, определив для этого день недели – пятницу, соотносимую с богиней любви и покровительницей влюбленных Венерой, число месяца – тринадцатое и время – полночь. Рупрехт, от лица которого ведется повествование, подробно объясняет выбор времени и места проведения оккультного обряда, посвящая читателя в подробности магической науки, почерпнутые из старинных книг. Вымышленный издатель романа дополняет рассказ героя комментариями и ссылками на соответствующие трактаты как бы в подтверждение подлинности своих слов.

В качестве места, где должно было происходить заклинание демонов, было выбрано специальное помещение, а сами участники подготовились защищаться от нападения нечистой силы с помощью магического круга, подобного тому, что начертил вокруг себя гоголевский Хома Брут во время чтения отходной молитвы над панночкой-ведьмой. В отличие от «Вия», в романе Брюсова магический круг имеет сложную структуру, он делится на секции, в которых размещены заклинания, и ориентирован по сторонам света. Герои входят в круг с запада, и Рупрехт замыкает проход пентаграммой – широко известной геометрической фигурой, выполнявшей во многих культурах функции оберега. На Ближнем Востоке пентаграмма была символом богини Иштар (Астарты), упоминалась она и в трудах почитаемого Брюсовым Агриппы как знак принадлежности к сообществу пифагорейцев, и в трагедии Гёте «Фауст», где из-за неаккуратно начерченной фигуры Мефистофелю все же удалось проникнуть в жилище Фауста.

Приступая к заклинаниям, Рупрехт отмечает, что «в душе у меня в этот миг был холод и была печаль» [78, с. 150]. Подобным холодом веяло от крыльев закованного в ледяном плену озера Коцит Люцифера, в душе которого нет божественной любви, обреченного на вечный мрак и лишенного божественного света. Во время призывания демонов герой ощущает порыв холодного ветра, как в свое время Данте, спустившийся в девятый круг ада:


И в этот час, хоть и казалось мне,

Что все мое лицо, и лоб, и веки

От холода бесчувственны вполне,

Я ощутил как будто ветер некий… [139, с. 157].
Колеблющийся свет свечей не может рассеять заполнивший все помещение дым от курений, поэтому Рупрехт не всегда различает находящуюся с ним в пределах одного магического круга Ренату. Он лишь способен различить ее голос, отвечающий на произнесенные им слова.

Магический опыт заканчивается неудачно, и хотя Рупрехт видел лишь призрачные лики демонов, выступавшие из дыма, и слышал громкие звуки, вероятно, инсценированные Ренатой, но переживаемый им в тот момент страх был настолько велик, что чуть не стал причиной его гибели: «никогда, ни в каком, самом яром, сражении с краснокожими не подвергался я такой опасности, как в этой комнате, наполненной враждебными демонами» [79, с. 151]. Спасаясь от нападения, Рупрехт стремится покинуть помещение и последнее заклинание произносит на пороге той комнаты, где происходил обряд вызывания духов. В соответствии со сложившейся мифопоэтической традицией порог символизирует границу между потусторонним и реальным мирами, которую, по мнению героя, демоны не смогут пересечь. Пространство амбивалентно: внешнее по отношению к магическому кругу, оно становится внутренним по отношению к остальным помещениям гостиницы, где нашли приют герои.

Магическому кругу противопоставлен алтарь в комнате Ренаты, символизирующий божественное покровительство, куда Рупрехт приводит героиню, одержимую нечистой силой, и где только перед рассветом бес покидает ее тело. Впоследствии Рената не оставляет своих попыток проникнуть в потусторонний мир, поэтому, как мы полагаем, гибель героини, обвиненной в ведовстве и подвергнутой пыткам, широко практиковавшимся на допросах, проводимых инквизиторами в Германии XVI века, стала закономерным финалом для Ренаты, которая стремилась преодолеть границы материального мира и выйти в запредельные сферы бытия. Только смерть дает героине, пусть иллюзорную, возможность оказаться в ином мире – мире ангелов и демонов и ее возлюбленного Мадиэля.

Появление романа «Огненный ангел» во многом обязано глубокому интересу В. Брюсова к оккультным наукам, который не угасал в течение длительного времени. Подробно эта сторона деятельности поэта раскрыта в статье А. Белецкого «Первый исторический роман В. Брюсова» [34]. Поэт тщательно изучал труды великих мистиков древности. Он изложил результаты своих изысканий в ряде теоретических работ, так как совершенно серьезно считал оккультизм наукой и стремился, как отмечено в одной из записных книжек писателя, изучить мистику «с позитивной точки зрения» [78, с. 396]. Более того, в книге А.П. Остроумовой-Лебедевой приводится высказывание Брюсова, сделанное им в 1924 году и свидетельствующее об убеждении писателя в научной основе оккультизма: «Как вы можете говорить, что такой науки <оккультизма> нет?! Вы просто не знаете этой науки, и потому не имеете права говорить, что ее нет. Оккультизм есть наука с точными знаниями. Есть много выдающихся людей, которые признают оккультизм наукой, изучают его. Эта наука в своей истории имеет целый ряд доказательств. И я не верю в нее, а знаю, что потусторонний мир существует так же, как наш» [84, с. 230].

В «Огненном ангеле» воплотились важнейшие черты многосторонней личности Брюсова – ученого, историка, спирита, практикующего мистика и, главное, талантливого художника, раскрывшего перед читателем многие мистические тайны прошлого и подтвердившего поэтический эксперимент своей собственной жизнью.



Введение актуальность темы.
Методологической основой
Научная новизна
Теоретическая значимость работы
Апробация результатов исследования
Структура и объем диссертации.
Модус отношения
Выводы к разделу 1.
Раздел 2. семантика и поэтика танатологических мотивов
Выводы к разделу 2.
Раздел 3. семантика и поэтика танатологических мотивов в романах в. брюсова
Выводы к разделу 3.
Раздел 4. семантика и поэтика танатологических мотивов
Выводы к разделу 5
Список использованных источников


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   31   32   33   34   35   36   37   38   ...   64


База данных защищена авторским правом ©muzzka.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница