Танатологические мотивы в романах русских символистов



страница25/64
Дата18.07.2018
Размер4.27 Mb.
ТипДиссертация
1   ...   21   22   23   24   25   26   27   28   ...   64
И все. И знать, что этот сон — предел

Сердечных мук и тысячи лишений,

Присущих телу. Это ли не цель

Желанная? Скончаться. Сном забыться.

Уснуть. И видеть сны? Вот и ответ.

Какие сны в том смертном сне приснятся,

Когда покров земного чувства снят? [495, с. 108]
Для героя Сологуба смерть подобна сократовскому сну без сновидений. Он осознает, что с ним происходит, и ощущает свое тело лишь во время погружения в это непривычное для него состояние и во время пробуждения.

В тайну «воскрешения» Егорки посвящены Триродов, Елисавета, Кирша и тихие дети. Триродов обладает магическими способностями погружать человека во временный сон, а затем пробуждать от этого сна. Происхождение этих способностей в романе не объясняется, но можно догадаться, что они являются следствием глубоких познаний главного героя романа в области алхимии, магии, оккультизма, а также его знакомства с последними достижениями современной науки. Триродов умеет концентрировать в себе некую энергию и с ее помощью управлять другими людьми. В частности, он использует ее для пробуждения Егорки от временной смерти: «какая-то дивная энергия, собранная им одному ему знакомым способом, теперь медленно источалась из него. Между ним и могилою, где смертным сном томился отошедший от жизни отрок, пробегал тайный ток, чаруя и пробуждая спящего в гробу» [403, с. 167].



Мотив воскрешения из мертвых соотносится с фундаментальными положениями одного из наиболее известных представителей русского космизма Николая Федорова, а именно с его мечтой об оживлении всех предыдущих поколений людей, когда-либо живших на земле – «вырвать у смерти всю ее добычу», по словам философа, является главной целью человечества [446, с. 539]. В трилогии «Творимая легенда» мы наблюдаем инверсию центральной федоровской идеи «воскрешения отцов», составившей основание его философии «общего дела». Не желая примириться со смертью, Федоров полагал, что благодаря научно-техническому прогрессу будет возможно переустроить человеческий организм и окружающую его природную среду, в результате чего все человечество обретет бессмертие. Художественное воплощение Сологубом этой идеи приводит к ее существенной трансформации. Не «отцов» хочет воскресить главный герой романа, а детей. «Жить – только невинным», – думает Триродов, когда вспоминает о своей горячо любимой жене, усматривая причину ее смерти в рождении сына [403, с. 77]. Здесь также просматривается параллель с первородным грехом – утрата невинности лишила Адама и Еву бессмертия. Но более подходящую основу для объяснения такого отношения Триродова к смерти жены, по нашему мнению, содержится в трактате Вл. Соловьева «Смысл любви». Русский философ считает высшим смыслом любви не слепое продолжение рода: «деторождение не есть собственное дело любви» [389, с. 22]. По его мнению, это приводит только к бесконечной череде смертей: «само собой ясно, что, пока человек размножается как животное, он и умирает как животное» [389, с. 22]. По мысли сологубовского героя, сохранение невинности (а таковы именно дети) является условием освобождения человека от смерти. В этом мы видим также сходство с позицией Федорова, который полагал, что необходимо трансформировать энергию любви, которая до настоящего времени служила лишь для удовлетворения слепого инстинкта размножения, направленного на бесконечное воспроизведение человека как природного существа. Не растрачивать эту силу, а одухотворить ее – вот задача, для выполнения которой от человечества требуется целомудрие. Именно благодаря аккумуляции и перераспределению этой необычайно мощной энергии можно будет использовать ее, по мысли Федорова, для восстановления умерших и достижения бессмертия для всего человечества. Герой Сологуба, однако, полагает, что не все достойны воскрешения из мертвых, а лишь «знающие и невинные», преодолевшие благодаря познаниям Триродова ограничения своей физической и душевной природы. Накопив достаточно энергии для выхода за пределы земной атмосферы в космос, они создадут новый, совершенный мир. Вероятно, в образе Триродова отразились черты человека нового эволюционного вида – homo sapiens explorans (человек разумный, исследующий). Это понятие принадлежит еще одному представителю русского космизма, известному русскому физику Н.А. Умову (см. его работу «Эволюция мировоззрений в связи с учением Дарвина» [441, с. 330]), поэтический портрет которого создал А. Белый в поэме «Первое свиданье»:


Введение актуальность темы.
Методологической основой
Научная новизна
Теоретическая значимость работы
Апробация результатов исследования
Структура и объем диссертации.
Модус отношения
Выводы к разделу 1.
Раздел 2. семантика и поэтика танатологических мотивов
Выводы к разделу 2.
Раздел 3. семантика и поэтика танатологических мотивов в романах в. брюсова
Выводы к разделу 3.
Раздел 4. семантика и поэтика танатологических мотивов
Выводы к разделу 5
Список использованных источников


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   21   22   23   24   25   26   27   28   ...   64


База данных защищена авторским правом ©muzzka.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница